Об анархизме :: Несколько простых мер по сокращению преступности в двадцать раз

01

Интересно, что государство само формирует преступность. По крайней мере, ее базу. В течение нескольких тысяч лет, наказанию подлежала узкая группа преступлений против личности. Этот список был неимоверно расширен с возникновением феодальных государств. С тех пор, число составов правонарушений постоянно растет. Уже в 20в. возникло как масштабное явление отраслевое законодательство, устанавливающее составы правонарушений для секторов экономики.

02

В современном законодательстве, обычна ситуация, в которой преступления против личности наказываются менее строго, чем преступления против государства и общественного уклада. Трудно предположить этому иное объяснение, кроме стремления государства в лице бюрократии удержаться и увеличиться во влиянии и масштабах (любая структура натуральна склонна к увеличению. И государство и бюрократия здесь не исключения).

03

Вводя массу нетипичных для человечества ограничений, мы не можем рассчитывать перевоспитать население. Напротив, мы загоняем определенные виды деятельности в подполье, создавая искусственную преступность и экономическую базу традиционной преступности.

04

Рассмотрим некоторые аспекты.

05

Оборот наркотиков. Наркотики почти так же стары, как человечество. По крайней мере, они были известны в Индии не менее 4000 лет, если не более того в Месопотамии и Египте. Культура индейцев давности 4000-5000 лет также приносит нам упоминания о наркотиках. С наркотиками не боролись никогда. Их употребление считалось личным делом каждого. Они были крайне дешевы, и их потребители не должны были вести преступную деятельность, чтобы иметь возможность приобретать наркотики. Употребление наркотиков не считалось пагубной привычкой, но лишь видом отдыха. Такую точку зрения подтверждает и современная статистика, свидетельствующая, что у около 0.3% от числа употреблявших наркотики вырабатывается наркотическая зависимость.

06

Нет оснований утверждать, что это число превышает процент хронических алкоголиков в общем числе людей, употребляющих спиртные напитки, или процент тех, кто не может остановиться в поедании пирожных. Затрагивая глубокие темы, можно сказать, что сама структура человечества такова, что всегда имеются люди, социальная полезность которых неясна: недееспособные инвалиды, психически больные, наркоманы. Мы можем пытаться теми или иными методами (медицинской профилактикой, пропагандой) сократить число этих людей, но запрещать или преследовать их аморально.

07

Первые запреты на употребление наркотиков появились около 2000 лет назад. Эти запреты были явно связаны с возникновением тоталитарных государств и религий. В дальнейшем, усиление борьбы с наркотиками отмечалось именно в период усиления тоталитаризма. Употребление наркотиков стало рассматриваться именно как социальное зло. Наркоман выпадает из орбиты государственного (включая в него и огосударствленное религиозное) влияния. Он перестает быть гражданином. Его невозможно подчинить, заставить идти на войну, платить налоги - он живет в собственном мире, где нет места государству. И именно противостояние государству является реальной причиной борьбы с наркотиками. Государство строится на слепом подчинении (на согласии строятся анархистские коммуны). Возможность для некоторых неучаствовать в государстве является примером и для других (которые могут представить себя возможность неучастия в государстве и без наркотиков). Это грозит самой сути государства. И как человек отчаянно защищает свою жизнь, даже если для этого необходимо убивать занимающих его территорию животных, так и государство защищает свое существование, преследуя безразличных к его существованию граждан.

08

Как показывает опыт совершенно всех стран, борьба с наркоманией бессмысленна. Мы легко видим, что для наркомана угроза преследования ничего не значит, поскольку он живет исключительно в своем внутреннем мире и безразличен к ситуации во внешнем мире, в том числе и к действиям государства. Преследовать его во внутреннем мире государство еще не может (хотя, с развитием знаний о мозге и это не исключено). Безусловно, как любая реклама, имеет эффект пропаганда против наркотиков. Эффект может быть значителен, но, как от любой рекламы, он весьма кратковременен. По мере снижения интенсивности пропаганды, или привыкания к ней (образуется психологический барьер, обычно саркастический, при рассмотрении рекламных доводов), ее эффективность снижается. Впрочем, подрастают новые поколения потенциальных наркоманов, и определенный стабильный эффект пропаганда все-таки имеет. Образуется также негативный социальный имидж наркомана, что отталкивает людей от употребления наркотиков.

09

Многие используют наркотики, как социальный протест. Сама нелегальность наркотиков поощряет их употребление (самооценка увеличивается, если человек не побоялся сделать то, что преследует государство, и, тем более, сделал это безнаказанно). Употребление наркотиков является и естественной формой отдыха. В последние время получили распространение всякие истеричные теории о вреде того или иного продукта, который на протяжении веков или тысячелетий считался безвредным: алкоголя, табака, сахара и даже молока. Рассматривая пример табака, связь между употреблением никотина и онкологическими заболеваниями носит весьма сомнительный характер, но никотин является эффективным средством снятия стрессов, обычных для многих в современном обществе. В Европе курение считается нормой, в то время как в США оно чуть ли не антисоциально. То есть, распространение продукта резко ограничено вопреки его известному полезному применению (снятие стрессов) из-за недоказанного негативного проявления, как онкологические заболевания. При том, что многие страны запрещали наркотики на протяжении нескольких веков, истерия по этому поводу была развернута только в 20в. Как видно на примере США, борьба с наркотиками дорога и совершенно неэффективна (нет достоверных данных о снижении наркомании в США после начала масштабной борьбы с ней. Естественное уменьшение потребления в 80-х годах связано с уходом культуры хиппи, и не имеет отношения к полицейским методам борьбы. Буржуазный образ жизни оказался более сильным стимулом для прекращения употребления наркотиков, чем преследования государства).

10

Итак, использование наркотиков не направлено против личности, их запрет (не следует путать с пропагандой против их употребления) неэффективен, борьба стоит огромных средств, преступные группы имеют наркотический оборот как самый крупный источник дохода. Каковы последствия легализации наркотического оборота ? Употреблять наркотики будет продолжать основная масса тех, кто делал это и раньше. Уйдут те, для кого наркотики представляли собой, в основном, социальный протест (и потенциальные пользователи, которые бы втягивались в употребление наркотиков по этой причине). Придут те, кто интересовался употреблением наркотиков, но боялся преследования со стороны государства. Впрочем, таких будет совсем немного, потому что известные последствия наркомании во влиянии на здоровье значительно превышают опасность преследования государством, и для тех, кто пренебрег первой проблемой, вторая едва ли серьезно стоит. Наиболее существенно, что наркомания лишится своего ореола протеста против общественного устройства и будет восприниматься лишь как непристойное поведение, вроде алкоголизма. Можно разумно полагать, что при постоянной пропаганде вреда и непристойности наркомании число наркоманов не увеличится при легализации наркотического оборота. Об этом же свидетельствует и опыт Нидерландов, легализовавших наркотический оборот. В то время, как употребление легких наркотиков не уменьшилось (они во многом заняли место алкоголя), число наркоманов не увеличилось. Некоторые данные говорят о снижении числа наркоманов, однако точная статистика на этот счет, как можно было предположить, отсутствует. Все это вполне соответствует нашим выводам о том, что легализация наркотиков мало влияет на число наркоманов (мы не имеем оснований считать наркоманами тех, кто с полным самоконтролем время от времени в целях отдыха употребляет легкие наркотики, как мы бы не считали алкоголиками тех, кто в подобной ситуации употребляет алкогольные напитки).

11

В то же время, легализация наркотиков уменьшает преступность в двух направлениях. Во-первых, производство наркотиков, особенно тяжелых, исключительно дешево. Основная составляющая их себестоимости, при запрете, - именно рисковый компонент. При низкой цене на наркотики, наркоманам не придется заниматься преступной активностью для получения средств на их приобретение. Важно отметить, что спрос на тяжелые наркотики не эластичен - при повышении цен на них наркоманы могут переключаться на суррогаты, но не могут прекратит употребление. При понижении цен увеличения потребления не произойдет, поскольку известная опасность употребления тяжелых наркотиков ограничивает их употребление, независимо от цен. Едва ли найдется человек, который не употребляет наркотики из-за того, что они дороги, и готов их употреблять, если цены на них будут снижены. Спрос на легкие наркотики эластичен, потому что их пользователи могут прекратить употребление. Но стоимость легких наркотиков и в условиях запрета оборота является доступной. Даже самые бедные слои населения могут себе позволить приобрести легкие наркотики, не особенно напрягая бюджет. Поэтому можно полагать, что спрос на дешевые наркотики достиг верхнего предела своей эластичности, и не вырастет существенно при снижении цен. Впрочем, существует определенная вероятность того, что легкие наркотики вытеснят тяжелые сорта табака. Это естественный процесс, потому что легкие наркотики служат той же цели, что и табак. После запрета наркотиков, зона применения табака была искусственно расширена. Обратный процесс незначительного вытеснения тяжелых сортов табака является восстановлением естественного соотношения различных продуктов на рынке, и не будет иметь существенного по масштабам характера, поскольку употребление легких наркотиков практически невозможно в рабочее время, в отличие от тяжелых сортов табака.

12

Второе, и главное, легализация наркотиков выбивает экономическую базу преступности. Наркотический оборот обеспечивает занятость миллионов преступников. Все они потеряют работу, поскольку для изготовления и распространения наркотиков можно использовать существующие сельскохозяйственные, медицинские организации, аптеки и табачные магазины. Занятость в производстве немного увеличится (несравнимо с имевшей место при нелегальном изготовлении, поскольку легальное производство может быть значительно более эффективным), в распространении - почти нет (поскольку существующие каналы сбыта почти н требуют расширения при незначительном увеличении номенклатуры). Конечно, миллионы людей, оставшиеся без работы - негативное явление, но эти люди занимались преступной деятельностью (в лучшем случае, способствовали финансированию преступности, просто выполняя свою обычную работу, как колумбийские крестьяне). Хотя мы полагаем, что сами наркотики не имеют общественно опасного характера, оборот их, как любая преступная активность, криминализовался, в том смысле, что стал источником многих преступлений против личности. Стоимость наркотиков снизится и, значит, уменьшится оборот. Можно предположить, что стоимость легких наркотиков уменьшится на порядок, тяжелых - на два порядка. Величина наркотического оборота, уменьшившись в десятки раз, станет тривиальной в масштабах экономики. Поскольку наркотический оборот станет обычной предпринимательской активностью, то он перестанет финансировать преступность. Прекратится финансирование не только преступности, связанной с наркотиками, но и множества сопутствующих секторов: оружия, контрабанды, коррупции. Важно, что из оставшихся видов преступного дохода только торговля оружием имеет существенные размеры. Азартные игры, проституция, кражи носят локальный характер и их масштабы сравнительно незначительны. В разных странах, предположительно от 50 до 80% преступного оборота связано с наркотиками в той или иной мере.

13

Легализовав наркотики, мы в 2-5 раз уменьшаем преступную сферу. Нужно согласиться, что это эффективность, о которой не мечтает ни одно силовое ведомство !

14

Сказав А, у нас нет оснований не сказать и Б. Если мы разрешаем наркотический оборот в своей стране, то почему не разрешить и экспорт наркотиков ? Конечно, мы не можем заведомо нарушать законы стран-импортеров. Достаточно не вводить ограничений на оптовую торговлю, и тамошние распространители сами будут заниматься оптовой закупкой и контрабандным импортом. Мы не собираемся нарушать законы других стран, но общие нормы права не позволяют нам бороться (дискриминировать в оптовых закупках) с их преступниками, если та же деятельность у нас преступной не считается. С рациональной точки зрения, свинья грязь найдет (преступный дистрибутор сможет купить наркотики в другой стране нелегально). Продавая товар оптом по более низким, чем в Колумбии, ценам, мы не увеличим значительно доход дистрибутора, поскольку в силу конкуренции просто снизятся цены в стране распространения. Поскольку товар явно является доступным для криминальных структур, страна распространения ничего не проиграет, если наркотики будут закупаться у официальных производителей, а не у преступных картелей.

15

Значительные средства будут сэкономлены на борьбе с преступностью. Часть этих денег, при желании, можно направить на пропаганду против наркотиков. Можно ввести акциз на наркотики, используя их для финансирования пропаганды. Как мы видели на примере yuppie, буржуазные идеалы являются хорошим стимулом для неприятия наркомании. Пропаганда может утверждать и общественную непристойность наркомании. Впрочем, наше мнение состоит в том, что пропаганда против легких наркотиков не должна иметь места, поскольку их употребление не имеет корреляции с наркоманией как неконтролируемым употреблением тяжелых наркотиков. Мы также считаем, что следует ограничить попытки финансируемого государством лечения наркоманов, пока не будут выработаны экономически целесообразные и сравнительно эффективные методы лечения наркомании. Нужно отметить, что рекомендуемый подход к наркотическому обороту является очередным следствием нашей политики здравого смысла. Незачем искусственно устанавливать ограничения, общественная опасность событий которых не установлена, а затем бороться с их следствиями. Естественные стремления человека (будь-то к благосостоянию или употреблению расслабляющих веществ) все равно победят. Кстати, в случае наркотического оборота, общественная опасность последствий ограничения (рост преступности в смежных секторах, формирование финансовой базы преступности) превосходит возможную социальную опасность самого явления (наркоманов, выпадающих из сферы влияния государства).

16

Здесь мы можем последовательно перейти к другой важной составляющей сферы преступности: торговле оружием. Опять же, здесь мы встречаемся с ситуацией, когда бороться приходится со следствиями тех искусственных ограничений, которые идут вразрез с естественными стремлениями человека. Желание чувствовать себя сильным и в безопасности - одно из них. Абсолютно несостоятельна правовая концепция ограничения оборота оружия, как нераспространения опасных средств. Продолжая теорию совсем не до абсурда, запретить следует также и иные источники повышенной опасности: автомобили, электроприборы, средства от тараканов, лекарства. Очень многие вещи натурально представляют большую опасность, чем другие. В международных отношениях получила признание политика (ядерного) сдерживания. Почему мы отказываем собственным гражданам в том праве, которое признаем за другими государствами ? Либерализация торговли оружием, его хранения и ношения не только даст законопослушным гражданам возможность эффективно защищаться от преступников. Сами преступники станут значительно более осмотрительны в действиях, зная, что жертва запросто может быть вооружена. Имея возможность защищаться самим, эффективно ограничивая действия преступников, граждане могут в значительной мере взять на себя функции силовых структур. Можно разумно полагать, что уличная преступность, квартирные грабежи, рэкет значительно снизятся при наличии у большого числа граждан оружия. Не следует вводить и ограничения на ношение оружия. Эти ограничения обычно объясняются возможностью применения оружия в мелких уличных инцидентах в состоянии кратковременного аффекта. Но, согласимся, что у милиции работа весьма нервная. Психотерапевтический контроль за милиционерами практически отсутствует. Однако, случаев необоснованного применения оружия милиционерами в состоянии аффекта почти не отмечается. Нет оснований предполагать, что другие граждане контролируют себя хуже. Наличие оружия обуславливает постоянный самоконтроль. Таким образом, мы не видим оснований для ограничения продажи оружия, гладкоствольного или нарезного, добропорядочным и психически здоровым гражданам. В демократических странах наработан большой опыт в этой сфере.

17

Ограничения могут быть, но они должны быть обоснованными. Так, добропорядочному гражданину не нужен глушитель (разве что для того, чтобы не беспокоить прохожих, отстреливаясь от нападающего) или снайперская винтовка. Впрочем, желающие смогут легко купить и их на параллельном рынке, а разумное использование может быть обнаружено и для самых неожиданных видов оружия. Например, для фермера на отдаленном хуторе револьвер совершенно бесполезен, а вот пулемет или автомат может вполне легально пригодиться для самообороны. Ограничения нужно вводить не только там, где они действительно и неизбежно необходимы, но там, где их реально можно контролировать. Имея 80-летний опыт борьбы с распространением оружия, мы можем с уверенностью утверждать, что преступник всегда находит способ его купить, и ограничения неэффективны. Едва ли самый опытный работник силовых структур сможет назвать случай, когда замышляемое преступление было отменено, из-за того, что преступники не смогли приобрести оружие. Неправильно опасаться и того, что мелкие уличные преступления станут совершаться с применением оружия. Действительно, мелкие преступники сегодня опасаются носить огнестрельное оружие из боязни на этом основании подвергнуться уголовному преследованию. Но они почти не ограничены в ношении холодного оружия. Для безоружной жертвы уличного ограбления, нож является не менее сильным мотивом расстаться с кошельком, чем пистолет. Но тяжело представить, что число мелких преступлений не уменьшится, если преступник будет серьезно рисковать встретиться с вооруженной жертвой. Следует понимать, что большинство мелких преступников, даже будучи вооруженными, не станут стрелять по сопротивляющейся жертве. Это не входит в их профессиональные привычки, и уж сильно привлекает внимание. Есть и чисто экономическое обоснование сокращению преступности: ношение оружия гражданами увеличивает риск сопротивления, и даже ранения преступника. С точки зрения преступника, повышается рисковая составляющая себестоимости его деятельности, и мелкие преступления становятся невыгодными. С моральной точки зрения, мы не можем ограничить в праве на ношение оружия женщину, не гарантируя того, что оружие не смог приобрести проживающий по соседству сексуальный маньяк. А этого мы никак не можем гарантировать.

18

Сторонники запрета оружия ссылаются на то, что чересчур много преступлений совершается с применением оружия. Но, зарегистрированное оружия применяется лишь в небольшом проценте преступлений, совершенных с применением оружия. Кроме того, во многих бытовых инцидентах в демократических странах оружие применяется просто потому, что оно доступно. При его запрещении, как в Украине, в ход просто идут другие подручные средства. Если уж кто-то решил в состоянии аффекта избавиться от собственной тещи, то он это сделает первым подходящим предметом - не пистолетом, так утюгом. Кстати, в отличие от оружия, употребляемые для преступлений предметы обихода не вызывают подсознательного самоконтроля (вид оружия несколько снимает аффект, в некотором роде подобно тому, как даже агрессивные страны не употребляют ядерного оружия. Впрочем, у психически больных людей вид оружия может вызвать состояние аффекта, аналогично действию ядерного оружия на фанатиков. Но мы не намерены продавать оружие психически больным людям, несмотря на то, что они сравнительно легко могут купить огнестрельное, и уж совсем легко, холодное оружие на параллельном рынке). Как и многие неэффективные ограничения, запрет на ношение оружия касается только законопослушных граждан.

19

Торговля оружием является вторым крупнейшим источником дохода преступной сферы. Легализация торговли оружием снимет ограничения с естественного права граждан на самозащиту, ограничит преступность, снимет часть нагрузки с силовых структур, значительно сократит финансирование преступной сферы. В рамках рассмотрения торговли оружием, мы не видим оснований для ограничения экспорта обычных вооружений, в том числе в "горячие точки". Дефицита обычных вооружений в мире не наблюдается, и желающие их продавать всегда найдутся. Непонятно, почему государство или легальные компании должны отказываться продавать товары, которые доступны на рынке, и на торговле которыми сейчас наживаются преступники. В силу этих же рассуждений, может быть ограничен экспорт специальных вооружений, если их трудно купить в другом месте, трудно заменить, и их наличие реально ведет к региональной нестабильности.

20

Рассмотрев ситуацию с наркотиками и оружием, естественно будет продолжить вопросом о порнографии, проституции и азартных играх - третьим по величине источником дохода преступной сферы.

21

Вопрос порнографии вполне прост. Она защищена свободой слова и прессы. Едва ли есть демократическая страна, в которой порнография была бы запрещена. Охраняя мораль несовершеннолетних и чувства тех, кто считает порнографию непристойной, ее распространение можно ограничить. Открытым остается вопрос о порнографии с участием несовершеннолетних. С точки зрения морали и обычных попечительских прав государства, изготовление таких материалов вполне может быть ограничено. Однако, нет повода для запрета распространения детской порнографии, изготовленной в других странах. Государство очевидным образом не может иметь обязанностей по поддержанию морали или попечительских функций по отношению к несовершеннолетним другой страны. Если страна изготовления также запрещает порнографию с участием несовершеннолетних, то распространение материалов, изготовленных в такой стране, также может быть запрещено (поскольку в обоих странах изготовление таких материалов является правонарушением) , в целях обычной международной кооперации. Поскольку речь идет о кооперации, то ограничение направлено на соблюдение интересов другой страны, и не может быть применено без обращения той страны (имеются многие страны, в которых запрет на порнографию с участием несовершеннолетних носит чисто формальный характер). Каких-либо оснований для полного запрета порнографии нет.

22

Вопрос о проституции носит несколько запутанный характер. Проституция не осуждалась в Древнем Мире, негативное отношение к ней возникло 2000-2500 лет назад. Обоснованно было бы соотнести этот момент с формализацией семейных отношений и возникновению споров о наследственности (проституция порождала существенную для наследственности проблему внебрачных детей). В дальнейшем, эксплуатация формального брака оказалась весьма выгодна для Церкви и проституция ею же преследовалась. После Великой Чумы, когда население резко уменьшилось, проституция опять расцвела. Способствовали этому и чрезмерные церковные ограничения на брак (доходившие, в некоторые годы, до родственников в седьмом колене, в то время, как население передвигалось мало, жило в замкнутых местностях, и родственниками в седьмом колене были чуть ли не все). Популярна (хотя запрещена) была проституция и в мусульманских странах, где был установлен имущественный ценз (как непосредственно, так и посредством выкупа за невесту) для желающих жениться. Соответственно, и в христианских, и в мусульманских странах обращение к услугам проституток стало уделом низших классов, и как любое типичное занятие низших классов - вскоре стало непристойным. Понятно, что замужние и намеревавшиеся выйти замуж женщины поддерживали негативное отношение к проституции. Позиция Церкви, женщин и высших (устанавливающих принятые нормы морали) классов определила перештамповку проституции в непристойное поведение. В азиатских странах проституция была традиционным элементом общественной жизни, если не именно культуры. Вопрос о неучастии в наследовании внебрачных детей был решен на ранней стадии развития азиатских обществ. Проблемы имущественного ценза для образования семьи не существовало. Религия мало затрагивала формальности брака.

23

Положение женщин было резко подчиненным. Все это привело к отсутствию условий для неприятия проституции. Проституция была органичным элементом общественного устоя. В некоторых странах, как Индия, Япония, проституция была существенно связана с культурными ценностями. В азиатских странах, негативное отношение к проституции начало формироваться под влиянием миссионеров, и, особенно, с проникновением западной культуры в 19-20в.в. Таким образом, в современном мире объективные основания для ограничения проституции отсутствуют.

24

В запрете проституции мы видим пример подмены морали традициями. В Калифорнии проституция преследуется, а в соседней Неваде разрешена. Из этого не следует, что жители Невады более аморальны, чем калифорнийцы. Напротив, последние активно посещают бордели Невады.

25

Проституция разрешена лишь в некоторых городах в Неваде. Внешне, это небольшие, уютные и совершенно спокойные города, без следов аморальности и склонности к преступлениям на сексуальной почве. В Лос-Анджелесе, Калифорния, проституция запрещена, но проституток множество, значительная часть населения люмпенизирована, моральность этой части населения вызывает глубокие сомнения, преступлений на сексуальной почве множество. В царской России публичные дома были разрешены. После революции, с их запретом, население не стало более морально. Объективно, проституция не имеет никакого отношения к морали окружающего населения. С точки зрения общественной безопасности, легальная проституция уменьшает число посягательств на сексуальной почве. С точки зрения общественного здоровья, легальная проституция позволяет ограничить распространение болезней.

26

Проституцию невозможно запретить. Этим занимались активисты, Церковь, полиция. Но в проститутках не было недостатка ни 2000, ни 1000, ни 500 лет назад, ни сейчас. Находится достаточно желающих заниматься проституцией и достаточно желающих пользоваться их услугами. Именно нелегальная, неконтролируемая проституция становится источником распространения болезней и различной преступности. Преступность и уродливые общественные явления вообще склонны расцветать там, где есть искусственные запреты. Законы не в состоянии изменить человечество. Не следует и пытаться этого делать.

27

В современном мире теряет свой смысл и популярный в прежние времена, но всегда такой же неверный, довод об эксплуатации женщин. Существуют различные рабочие места, требующие разной квалификации, разных усилий, обеспечивающие разную зарплату. Современная женщина достаточно информирована о различных вариантах трудоустройства, и о рисках, ассоциированных с данной работой (предостережения касательно занятия проституцией даже чрезмерны). Выбор проституции как рода деятельности происходит без принуждения (понятно, кроме единичных криминальных случаев) и на основе свободного выбора. Клиентов явно тоже никто не принуждает.

28

Для функционирования проституции не существует никаких ограничений, кроме утвержденных Церковью квазиморальных устоев. Число желающих заниматься проституцией несколько увеличится после ее легализации, поскольку к существующему персоналу добавятся те, кто ранее опасался преследования со стороны государства. Но, поскольку занятие проституцией само по себе требует, в некотором роде, отчаянности, то едва ли боязнь государственного преследования останавливала многих от занятия проституцией. Поэтому, легализация не приведет к значительному увеличению занятых в этой области. Легализация уберет рисковую составляющую из себестоимости, и приведет к снижению цен. Однако, учитывая широкий спектр цен до легализации, можно полагать, что спрос примерно насыщен. Снижение цен не приведет и к значительному увеличению спроса. Наказание для клиентов в проституции отсутствует, и легализация мало повлияет на спрос. Некоторое увеличение спроса ввиду легализации все-таки будет иметь место. Поскольку увеличение спроса не будет значительным (и, можно предположить, что существующий персонал имеет достаточные резервы неиспользуемого рабочего времени), то увеличения занятости в этом секторе не произойдет и по причине увеличения спроса. Риск занятия проституцией до легализации, в демократических странах, в общем-то, невелик, поэтому рисковая составляющая себестоимости сравнительно мала, и ее удаление не приведет к значительному снижению цен и оборота отрасли. Существенно, что легализация приведет к удалению расходов, ранее связанных с поддержанием противозаконной системы: сутенерством, охраной, рэкетом, коррупцией. Данная составляющая, можно предположить, занимала 40-50% в структуре себестоимости. В итоге, можно разумно предположить, что оборот индустрии снизится первоначально примерно вдвое за счет снижения цен, но потом несколько вырастет из-за увеличения спроса.

29

Легализация проституции уменьшит поступления в преступную сферу примерно на сумму половины оборота отрасли. Отмена ограничений на порнографию и проституцию вернет свободу обращения к ним той части (примерно половине) населения, которая к этим отраслям относится вполне положительно. Трудно мнение настолько значительной части общества назвать аморальным. Если государство ставит своей целью поддержание сомнительных квазиморальных норм, то доход от налогообложения проституции может быть использован для пропаганды против нее. Пропаганда может неправильно представлять вопросы морали, но она приемлема, поскольку не нарушает гражданских свобод. Пропаганда оставляет право выбора за разумным человеком, таким, которой формирует собственное мнение даже после рекламной обработки. Жесткое регулирование азартных игр явно нецелесообразно. Болезненный азарт небольшой части населения не может служить поводом для таких масштабных ограничений. Судя по наличию государственных лотерей почти во всех странах, убытки импульсивных игроков государство, на самом деле, мало заботят. Говорить о чрезмерном доходе владельцев игорных заведений нельзя. Их доход уравнивается под воздействием конкуренции так же, как и в других отраслях экономики. Ресурсы из других отраслей перетекали бы в игорный бизнес до выравнивания доходности.

30

Государство может заботить бесполезная трата ресурсов. Но деньги лишь перераспределяются между игроками, не исчезая из экономики. Некоторые искажения имеют место: обладатель выигрыша будет тратить неожиданно доставшиеся ему деньги не так же, как заработавший их проигравший игрок. Но эти искажения в масштабах ВВП несущественны. Ресурсы отвлекаются на создание инфраструктуры игорного бизнеса, но и эти затраты незначительны. Несколько крупных заводов, не выдержавших конкуренции, уничтожают объем инвестиций, вполне сравнимый с инвестициями в игорный бизнес. Кстати, под вывеску игорного бизнеса часто загоняется индустрия отдыха и развлечений. Возможность масштабного обмана клиентов в отрасли, где принято вывешивать акт экспертизы на каждом игровом автомате, весьма невелика. Рациональное зерно в ограничениях на азартные игры заключается в том, что они искажают систему стимулирования рабочей силы. Азартные игры предоставляют человеку возможность получить доход без труда.

31

Однако, современный человек достаточно информирован о том, что получение дохода в азартных играх, в общем случае, не имеет систематического характера. Абсолютное большинство людей, получив доступ к казино, не бросит работу. Число хронических игроков в Лас-Вегасе совершенно незначительно по сравнению с числом туристов. Конечно, кто-то может проиграть в казино последние деньги. Но он может это сделать и на рынке акций, и торгуя автомобилями - не многим менее импульсивно. Таким образом, ограничение азартных игр нельзя оправдать ни экономической целесообразностью, ни социальными соображениями. Как и многие другие запреты, он возник в период нечестного неконтролируемого игорного бизнеса в неэффективной экономике, сохранился, потеряв связь с реальностью, и вырос до уровня самоценности. Как и многие другие ограничения, запрет азартных игр из оправданного регулирования в неэффективной экономике был возведен государством чуть ли не в ранг морали. Снятие ограничений на азартные игры лишит их ореола запретной привлекательности. Спрос на них, скорее всего, несколько вырастет за счет тех, кто не хотел нарушать закон по незначительному поводу. Однако, новый спрос будет сформирован за счет мелких клиентов, для которых азартные игры особой ценности не представляют (иначе они нарушали бы закон для участия в азартных играх и, после снятия ограничений, нового спроса бы не сформировали). Участие этих новых клиентов в игорном бизнесе по своему объему не внесет существенных искажений в экономику (рынок ценных бумаг на 3 порядка превышает игорный) и не принесет социальных проблем заметного масштаба. Ограничения на азартные игры должны быть сняты.

32

Поскольку игорный бизнес в той или иной форме доступен в большинстве стран, легализация не приведет к резкому увеличению оборота отрасли. Увеличится число мелких игорных заведений. Можно предположить увеличение оборота на 30-50%. Нелегальный оборот будет почти полностью ликвидирован (останутся некоторые заведения, которые предпочтут нелегальный статус как своеобразную рекламу, или будут настроены на обман клиентов, или для сохранения конфиденциальности профессиональной игры на крупные суммы).

33

Без наркотиков, оружия, порнографии, проституции и азартных игр, что останется для финансирования преступности ? Прямые преступления против личности и собственности - то, с чего начиналась полицейская функция государства. Пропорционально сокращению преступного оборота, мы можем сократить численность силовых структур не менее чем в 10 раз. Уменьшатся непродуктивные затраты государства, его размер и вмешательство в экономику. Естественные права граждан будут во многом восстановлены.

 
Designed studio Alexandr Ozverinoff
Последнее обновление сайта: