Об анархизме :: Зачем человеку государство?

01

Считают, что условные рефлексы переходят в безусловные всего за десяток-другой поколений. Около 100 поколений человечества выросло в условиях государства. Неудивительно при этом, что многие воспринимают этого монстра как естественную часть обстановки. Сам монстр идет еще дальше, убеждая, что жизнь без него вообще невозможна.

02

Сторонники “государственного способа бытия” заявляют о наличии якобы тех функций общества, которые могут выполняться только посредством создания и приведения в действие специального организма - государственного аппарата: организация общественных работ, борьба с преступностью, социальное обеспечение и т.п.

03

Но, государство не является даже оптимальным для всех случаев механизмом согласования общественных и личных интересов. Достаточно рассмотреть лишь некоторые из функций государства.

 

Социальное обеспечение

04

В Украине пенсионеры голодают. Они не обеспечиваются медицинским обслуживанием. Многим не хватает средств на оплату коммунальных услуг. То есть, высока вероятность гибели этих людей от голода, холода и болезней. В такой ли степени государство улучшило их социальное обеспечение, как об этом принято говорить?

05

Даже в богатых странах выход на пенсию при отсутствии сбережений, означает резкое снижение уровня жизни. Таким образом, наличие государства, само по себе, еще не означает социальной защищенности индивида, обеспечения ему прожиточного минимума.

06

В обществах без государственной системы социального обеспечения (вплоть до конца 19-го века), неужели массовым был голод среди пенсионеров? Или многие из них оказывались на улице? Конечно, нет. Оставляя работу, люди имели некоторые сбережения. Им помогали дети. Кстати, пенсионное обеспечение сыграло большую роль в сокращении рождаемости. Случаи крайней нищеты были сравнительно редки. Но они сохранились и после появления государственной пенсионной системы даже в таких благополучных странах, как США.

07

В значительной степени, роль системы социального обеспечения играла благотворительность. Люди чувствовали ответственность за тех, кто испытывал нужду. Государство сняло эту ответственность. Оно заявило: “Платите мне налоги, а я позабочусь о бедных”. Направляемые на финансирование только пенсионной системы налоги превышают сейчас суммарный уровень налогов в 19-м веке, но едва ли разрыв в обеспеченности между работающим населением и пенсионерами сократился столь же значительно. Не исключено, что этот разрыв, в реальности, увеличился. Платить налоги и заниматься благотворительностью одновременно чересчур накладно, да и удобно доверять государству.

08

Здесь мы видим очень типичную ущербность государства: оно снимает личную ответственность с граждан, берет за это деньги, но реально делает очень мало. По крайней мере, значительно меньше, чем граждане за те же деньги (или, другими словами, немного больше, чем делали граждане самостоятельно, но гораздо дороже).

 

Регулирование труда

10

Много написано по этому поводу, и мне невольно придется заимствовать некоторые доводы.

11

Введение систем безопасности в шахтах во многих случаях увеличило травматизм. Вместо того, чтобы применять разумную осторожность, люди стали полагаться на защитные механизмы. Но и защитные механизмы зачастую не помогут там, где нет осторожности.

12

Государство запретило женщинам заниматься многими профессиями, якобы из соображений охраны материнства. Стерилизацию при этом, впрочем, не запретили. В результате запрета на профессии, женщины были лишены доступа ко многим высокооплачиваемым видам труда.

13

Минимальная зарплата не заставит предпринимателей платить больше. Рынок диктует цены на товары. Предприниматели платят ровно столько зарплаты, столько им платить выгодно. Ограничение минимальной зарплаты заставляет их переносить производства в те страны, где такие ограничения отсутствуют, или гораздо ниже. Установление минимальной зарплаты ведет к безработице.

 

Экология и охрана здоровья

14

Сравнительно новая область знания. Знания ли? Среди экологов необычно много людей безграмотных и истеричных, относящихся к экологии, как к религии.

15

Совсем недавно много говорили о глобальном потеплении. Клеймили потребителей угля и т.п. Оказалось - нет потепления. Очередная версия - неустойчивое состояние природы. Но и это непонятно, если вспомнить, что один выброс вулкана выносит в атмосферу больше пепла, чем все электростанции за год. А вулканическая активность в прежние времена была очень даже высокой.

16

Обнаружили утончение озонового слоя. Быстро назвали его “озоновой дырой” и даже выяснили, что появляется она из-за CFC-газов. Начали быстро переделывать холодильники и кондиционеры, а тут оказалось, что дыра сжимается. Но накал страстей уже спал, про досадное недоразумение предпочитают помалкивать, ведь не зря же ухлопали столько денег на изменение технологии. Да и политические дивиденды на истерике нажиты немалые.

17

Частные благотворительные организации, скупающие и консервирующие амазонские леса, приносят больше пользы, чем все политические дебаты на эту тему. Учитывая дешевизну амазонских лесов, значительную часть их уже давно можно было купить и сохранить на средства, затрачиваемые на политические демарши. Но работа без шума не приносит рекламы заинтересованным лицам.

18

Государство любит заниматься демагогией, подменять понятия. Модные ярлыки навешиваются совершенно обычным вещам. Возьмем, к примеру, работу государства по предотвращению вредных выбросов и сбросов. Подобные мероприятия осуществляются в рамках поддержания экологического равновесия, здоровья населения. Ни первое, ни второе, на самом деле, здесь ни при чем. Государство, в данном случае, осуществляет свою обычную полицейскую функцию по предотвращению убийства. Запрет на выброс окиси углерода ничем по сути не отличается от запрета на отравление рек стрихнином. Государству выгодно простую полицейскую функцию описывать несколькими комплексными понятиями - задача из простой превращается в сложную, требует увеличения государства.

 

Образование и медицина

19

Государство обеспечивает всеобщее школьное образование. Ну, не совсем государство - делается это на налоги, уплачиваемые родителями. Мне трудно поверить, что те же родители не предпочли бы оплачивать образование сами, вместо того, чтобы передавать государству те же деньги в виде налогов. Допустим, государство нагромоздило всю систему образования из-за тех немногих родителей, которые предпочтут потратить деньги на алкоголь, а не школу, если образование станет платным. Это отвечает взятой государством на себя задаче заботиться о тех, кто сам о себе заботиться не может (в данном случае, несовершеннолетних).

20

Но здесь мы сталкиваемся с очень интересным вопросом. Мы допускаем право государства насильственно обеспечивать некоторые потребности, как образование. Но, одно дело обеспечивать, а совсем другое - предоставлять. Для чего государство само содержит школы? Почему не оставить все школы частными (понятно, кроме редких населенных пунктов, где никто не захочет открыть частную школу), а государство будет оплачивать обучение? Тогда будет чистый случай обеспечения потребностей, без ненужного занятия хозяйственной деятельностью. Нет сомнений в том, что частные школы расходовали бы дотации значительно эффективнее, чем государственные школы. Это касается, конечно, сравнения любых частных и государственных учреждений.

21

Многообразие частных школ позволило бы родителям выбрать нужную: бесплатную (полностью дотируемую государством) или с некоторой дополнительной оплатой (оплата превышает дотацию). Частные школы существуют и сейчас, но почему родители, уплачивающие налоги, должны оплачивать обучение полностью, без равной для всех школ дотации?

22

Аналогична ситуация с медицинским обслуживанием. Неужели государственная больница управляется лучше, чем частная? Тогда зачем нам менее эффективные государственные больницы? Неужели человек, обратившийся в частную больницу, виноват в том, что он не воспользовался некачественным государственным обслуживанием? Тогда почему он должен платить полную стоимость лечения, без дотации, предусмотренной для государственных больниц?

23

Суммируя, можно утверждать что функцией государства является приобретение необходимых услуг для нуждающихся в них граждан, которые эти услуги не могут оплачивать сами. Предоставление таких услуг есть хозяйственная деятельность и должно быть отделено от государства. Государство должно выполнять только те функции, которые обоснованно не могут быть оставлены в частном секторе. Оно не может вести хозяйственную деятельность более эффективно, чем частный сектор. Школы и больницы должны быть только частными, свободно конкурируя между собой в предоставлении наиболее качественных услуг. Государство должно покупать эти услуги, по мере необходимости.

24

Интересно отметить, что абсолютное большинство родителей заботится об образовании своих детей (хотя бы из меркантильных соображений обеспеченной старости). Вместо уплаты налогов, они вполне могли бы откладывать сбережения на образование. Самые бедные могли бы получать пособия от государства и благотворительных организаций. Конечно, некоторые дети не получали бы среднего образования, но число таких случаев будет очень мало. В любой стране процент грамотности ниже 100. То есть, 1-2% людей вообще не имеют образования. Можно предположить, что на каждого неграмотного приходится пятеро, не имеющих среднего образования. Отсюда видно, что даже при бесплатном среднем образовании, как в Украине или США, 5-10% населения его все равно не получают. Мы полагаем, что разумным образом нельзя предположить, что больше чем 10% родителей не будет заботиться о сбережениях или получении дотаций на образование детей. При отказе от бесплатного среднего образования само образованность населения не снизится. Ответственность родителей за образование детей укрепит семьи. Трудно себе представить негативные последствия, которые бы перевесили положительный эффект ликвидации огромного государственного сектора, как система бесплатного образования.

 

Регулирование экономики

25

Найдите одного предпринимателя, кто был бы доволен регулированием. Никто не скажет, что при регулировании ему стало работать лучше. Предприниматель заинтересован в расширении производства, увеличении его эффективности. Соответственно, растет число рабочих мест, зарплата рабочих. Интересы предпринимателя совпадают с интересами рабочих. Таким образом, и предприниматели, и рабочие заинтересованы в отсутствии регулирования. Чтобы быть точным, теоретически возможны случаи, когда явление соответствует интересам класса в целом, но противоречит интересам каждого его члена в отдельности. Нет оснований предполагать, что это имеет место в данном случае. Регулирование противоречит интересам всех, кроме государства. Оно дает ему больше власти, укрепляя его функцию как самоцель.

26

Может быть, кому-то нужно потребительское регулирование, когда государство устанавливает сроки гарантии, порядок сертификации и т.п.? Конечно, нет. Потребитель сам может решить, приобретать ему товар с гарантией или без нее (дешевле), сертифицированный или нет (тоже дешевле). Едва ли кто-то купит несертифицированные лекарства. И потребитель сам в состоянии решить, какой сертифицирующей организации (коммерческой) он доверяет. А некоторым торговым маркам он готов доверять и без сертификации.

27

Традиционно, государство поддерживало низкорентабельные и убыточные отрасли - сельское хозяйство, добычу угля - из соображений военной стратегии. Зависимость от импорта в базовых индустриях могла оказаться катастрофической в военных условиях. Степень нагрузки на экономику можно видеть по сумме ежегодных дотаций сельскому хозяйству в 360 млрд. долларов в ЕЭС. Сумма дотаций всего за несколько лет превышает потери от любой возможной войны. А современные технологичные быстрые войны еще и не истощают базовые ресурсы так сильно, как традиционные затяжные войны. Отсюда видно, как высоко ценит себя государство, насколько большой ущерб оно готово причинить экономике ради эфемерной привилегии собственного выживания. Во многих случаях, лоббирование и традиции заменили даже военные интересы, и огромные искажения вносятся в экономику ради пожертвований в избирательные фонды политических партий.

28

Само перераспределение ресурсов в рамках взимания и расходования налогов является регулированием. Государство решает, на что потратить полученные средства. Концентрация мощи огромна - ни один другой субъект экономики не располагает такими объемами ресурсов. Решения и мнение государства заведомо превалируют над мнением каждого субъекта (хотя, на протяжении длительных периодов, не могут идти вразрез с экономикой в целом). Своими действиями государство вносит искажения в работу механизма рыночной экономики. Поскольку рыночная экономика обеспечивает максимальный объем производства и, следовательно, максимум благосостояния, государственное вмешательство, отклоняя результат от максимума, неотвратимо снижает благосостояние общества в целом.

 

Бессмысленные затраты

29

Лишь самая незначительная толика государственных расходов, возможно, необходима. Значительные суммы тратятся на содержание армии, на 99% преследующей политические интересы государства, а не обороны граждан (даже оборона обычно спровоцирована политикой или фискальной привлекательностью государства). Гигантского государственного аппарата, осуществляющего вредное регулирование. Полиции, обеспечивающей исполнение множества бессмысленных законов (и лишь в очень малой части – натурального права). До глупости затянутого образования. Провоцирующей тунеядство системы социального обеспечения. Системы государственных закупок бесполезных вещей по высоким ценам. Строительства за государственный счет, искусственно занижающего стоимость проживания в сельских районах за счет остальных налогоплательщиков. Дотаций неэффективным производителям и целым отраслям. Международной помощи, от которой бы не отказалось и собственное население. Дипломатической активности, которая поднимает престиж государства, но не индивидуума. Проектов, которые отказался бы финансировать из собственного кармана любой здравомыслящий человек: от филологических исследований до полетов на Луну.

 

Борьба с преступностью

30

Здесь мы видим яркое проявление тезиса: “Государство борется с теми проблемами, которое само создает.” В своде законов любой страны натуральные преступления занимают незначительную часть. Все остальное - действия, над которыми нужно задуматься, прежде чем понять, почему государство считает их преступлениями.

31

Государство порождает преступность. Наиболее крупные преступления связаны с государством. Таможенные тарифы, государственные заказы, экономическая политика являются зачастую результатом лоббирования. Инвестиции в подкуп государственных чиновников путем взяток, лоббирования и взносов в фонды политических партий формируют рентабельность, невозможную для коммерческих проектов. И неудивительно, ведь чиновники безвозмездно получают контроль над огромными экономическими массивами. В коммерческой иерархии подобный контроль уравновешивается высокой зарплатой, часто измеряемой в миллионах долларов. Такая зарплата делает подкуп в коммерческих структурах крайне проблематичным (хотя мы встречаем случаи подкупа служащих крупных компаний - которые, как и государственные чиновники, получают меньше, чем вытекает из управляемого ими объема операций).

32

Мафия не существует без государства. Преступность нуждается в государстве. Гораздо выгоднее использовать государственные финансовые и репрессивные институты, чем создавать собственные. Государство делает всю грязную работу: устанавливает налоги, изымает деньги у граждан, принимает на себя ответственность и оправдывается перед населением за бессмысленное использование ресурсов. Государство концентрирует в своих руках огромные ресурсы. Остается только подкупить нескольких чиновников, чтобы получить доступ к этим ресурсам. Предприниматель должен сначала своим трудом сконцентрировать у себя в собственности ресурсы, чтобы получить прибыль. Субъект коррупции немедленно получает прибыль, используя готовые ресурсы государства.

33

Концентрация огромной власти у государства позволяет небольшими движениями производить значительные изменения в экономике, и получать высокую прибыль. Лоббирование повышения таможенных тарифов для ограничения импорта гораздо дешевле усовершенствования производства. Лоббирование здесь позволяет, при помощи государства, перекачивать средства из карманов потребителей коррумпированному производителю. Близость к государству, не экономические факторы, определяют успех предпринимателя в обществе государственного тоталитаризма.

34

Наиболее крупные и привилегированные силовые структуры - те, которые борются с действиями, направленные против самого государства. Феодальный барон бы себе такого не позволил. Его собственная охрана была значительно меньше войска в целом.

35

Гражданина больше всего интересует безопасность от насильственных преступлений. В Украине, этим занимается почти исключительно структура уголовного розыска. Это лишь небольшое, непопулярное, плохо обеспеченное подразделение на фоне огромных силовых структур. Участковых, чье присутствие непосредственно обеспечивало безопасность территориальных общин, и вовсе сократили во многих городах. Можно полагать, что не более 10% силовых структур реально защищают жизнь и собственность граждан.

 

Армия

36

Государство очень ценит армию. Армия защищает государство. Проанализируем: за всю современную историю, человечество вело лишь несколько войн, в которых армия защищала народ. Почти всегда, армия стояла на страже территориальной целостности государства.

37

Касается ли эта проблема граждан? Едва ли. То есть, конечно, найдутся жители Украины, которые скажут, что им не все равно, будет ли их территория относиться к Украине, Румынии, Польше или России. Но как многие готовы из-за мелкой проблемы адаптации к другому языку рисковать своей жизнью? После короткого периода натурализации жители даже смогут участвовать в выборах в своем новом государстве, если вообще кто-то серьезно относится к важности общественного мнения на выборах, учитывая все обычные манипуляции общественным сознанием, если только не документами. Это принципиально важно - человека очень мало заботит, к какому государству будет относиться его территория. Но для государства это - вопрос выживания. Если территорию государства растащат по кусочкам его соседи, на жизни граждан это не скажется. Но от государства ничего не останется. Оно этого очень боится.

 

Война

38

Армия не в состоянии нас ни от кого защитить. В современной войне, с ее орудиями массового уничтожения, даже победа становится пирровой, в смысле жертв и человеческих, и экономических. Даже победа в современной войне является поражением.

39

Украина экономически не в состоянии вести войну. Войну могут себе позволить только самые богатые - или самые тоталитарные - государства. Зачем нам армия?

40

Интересно рассмотреть и целесообразность современной войны. Во второй половине 20-го века, средняя стоимость убитого противника колебалась от 100 до 500 тысяч долларов, снижаясь с увеличением масштаба войны, и возрастая с инфляцией доллара и ростом цен на вооружение. Допустим для бедной украинской армии запредельно низкий показатель - 30 тысяч долларов. В минимально приличной войне, нужно убить 2% населения противника. Итого обычная армия в ходе войны тратит 10 тысяч долларов на одного жителя, украинская армия - не менее 600 долларов.

41

За эти средства можно выиграть выборы в любой стране. Даже в США выборы президента, в Сенат, Конгресс и местные органы власти можно выиграть за несколько миллиардов долларов, правильно израсходованных на проведение избирательной кампании. Мы говорим о сумме менее 100 долларов на человека - малая толика расходов на ведение войны даже украинской армией.

42

Только молодые и беспокойные государства тянутся к политическому терроризму. Для солидных государств это чересчур дешевый способ решения конфликтов, не оправдывающий их существование. Конфликт США с Сербией был связан с несколькими руководителями этой страны. Разумный человек для достижения своей цели выбирает путь наименьших затрат. Казалось бы - если все равно идти по пути убийства, то почему бы не ограничиться как раз руководством Сербии и националистическими активистами? Гораздо быстрее, несравнимо дешевле. Но тогда зачем нужна была бы армия? Война требуется государству, чтобы оправдать расходы на содержание армии. Армия нужна государству, чтобы чувствовать локоть друга. Кстати, армия создает только иллюзию прочности режима, и может, напротив, послужить средством его замены.

43

Заметим, что армия, как некоторые другие массированно лоббируемые группы интересов (сельское хозяйство является еще одним примером), стала во многом независима от государства. Большинство государственных структур безразлично для общества. Они формируются и финансируются государством, и полностью от него зависимы. Армия же пошла по тому же пути, что и государство - она убедила общество в своей необходимости. Хотя армия формально и финансируется государством, последнее выступает скорее в роли проводника ресурсов, выделенных обществом. В случае конфликта с государственными чиновниками армия апеллирует непосредственно к обществу. Армия продает обществу собственный товар - иллюзию безопасности - никак не связанный с услугами, предлагаемыми государством. Отдельный товар имеет отдельную цену, которая, в свою очередь, порождает отдельное финансирование. Любой институт, который создал у общества стабильную иллюзию социальной необходимости своих услуг, уподобляется государству. Точнее, он становится функциональным аналогом государства. Та же армия, или перманентно дотируемый сельскохозяйственный комплекс, могли бы, при желании, сами взимать налоги на свое содержание. Обществу к этому готово. Для удобства администрирования, эти институты согласились с формальным контролем государства. В реальности, государство и квази-государственные институты крайне заинтересованы в поддержке друг друга. Удар по имиджу одного из них, как осознание обществом абсурдности дотаций сельскому хозяйству, может повлечь цепную реакцию переосмысления роли каждого. Поэтому создана система переплетающихся интересов. Институты покупают услуги друг друга. Государство обеспечивает возможности применения армии, армия принимает эксклюзивное право государства на сбор налогов. Но все-таки это разные структуры. И государство ощущает конкуренцию. Оно пытается притеснять институты, когда при этом ему удается оставаться в стороне. Примером может служить сокращение военных расходов, при первой возможности. Резкие увеличения военных расходов происходят почти всегда в то время, когда это необходимо государству. Бюджеты собственно государственных структур тщательно оберегаются. Особенно это касается структур, как образование, здравоохранение и полицейский контроль, которые используются для оправдывания самого существования государства. Защита собственных структур и притеснение конкурирующих - характерная черта отношений государства и квази-государственных институтов. Выход армий из состояния жесткой подчиненности государству, превращение их в самостоятельные институты отмечали распад государств со времен Древнего Мира.

44

Само существование государства провоцирует войну. Война ведется за контроль над налоговыми доходами, концессиями, масштабными ресурсами. Первое, второе, и обычно третье находится в руках государства. Готовы ли граждане воевать за то, чтобы их обирало исключительно собственное государство, а не какой-нибудь чужеземец? Даже ущерб от возможной конфискации масштабных ресурсов можно ликвидировать, если страховать их за рубежом на случай войны - то есть, исключительно экономическими методами, без необходимости использования государства. Невозможно завоевать страну без государства. Невозможно заставить платить налоги человека, который этому не обучен. Человек без государства не обучен организованному принуждению или самопринуждению. Он не готов подчиняться абстрактным приказам или нескольким военным, контролирующим целый город. В стране без государства, чтобы обеспечить подчинение, нужно поставить солдата возле каждого жителя. А если свобода человека принесла ему свободу владения оружием, то каждому солдату придется принуждать вооруженного жителя. А это уже вовсе тяжело. Экономически нецелесообразно завоевывать страну даже легко вооруженных людей, привыкших к свободе и неумеющих подчиняться. Войны заканчиваются там, где прекращает быть государство и появляется реальная свобода.

 

Финансовая система

45

Почему деньги должно эмитировать государство? Существует понятие коммерческих денег. Неужели кто-то думает, что частная компания хуже справится с выпуском денег, чем государство? Попробовала бы какая-то компания скрытно допечатывать деньги, уменьшать вес и золотое содержание монеты, в соответствии со своими потребностями удерживать выдачу наличных. Будучи частными, такие деньги вскоре бы исчезли из оборота. Как любой продукт конкурентной экономики, частные деньги должны были бы быть очень качественными, чтобы их покупали (продавали за них товары).

46

Такой опыт имелся в Голландии, когда частные хранилища золота выпускали залоговые расписки на сданное количество золота, и эти расписки использовались как средство обращения. Голландия была, в своем роде, самой свободной страной современного мира. И расцвет экономики был впечатляющим.

47

Доход и влияние, обеспечиваемые эксклюзивным правом выпуска денег, огромны. И неудивительно, что государство объявило его своей привилегией. Но мы повторяем еще раз: не существует специального, экономически оправданного, объективного права государства на эмиссию. Субъекты экономики вправе согласиться на любое выбранное ими средство платежей.

48

Несколько слов о государственном регулировании финансовой системы. Никакая отрасль экономики не была так жестко регулирована, как финансовая индустрия США после 1932г. Спасло ли регулирование от краха системы S&L, стоившего налогоплательщикам не менее 300 миллиардов долларов в 1980-90г.г.? Или от многочисленных злоупотреблений? Конечно, нет. На самом деле, бездумное кредитование стран Третьего Мира стоило банкам США больше, чем крах 1929г. Регулирование сдерживало доступ небольших предприятий к капиталу, определило отставание многих финансовых отраслей США от европейских конкурентов. Регулирование перекачало миллиарды долларов от предпринимателей к бухгалтерам и адвокатам. Принесло ли оно пользу? Ответ, как минимум, неоднозначный.

49

Государство утверждает, что оно существует для населения. Что, в некотором роде, население добровольно передает ему деньги для финансирования бессмысленных программ. Нам интересно, существует ли хоть один человек, хоть в одной стране, который добровольно платит налоги? Добровольно - значит, по своей воле, без страха преследования со стороны государства. Считает ли кто-то, что государство предоставляет услуги ему самому и обществу, отвечающие сумме уплачиваемых им налогов? Мы здесь говорим о добросовестных работниках. Лодыри, пьяницы, не желающие работать, заинтересованы в том, чтобы жить на чьи-то налоги, распределяемые государством - пусть даже государство тратит основную часть средств впустую, пусть даже сами лодыри получали бы больше без государства, за счет благотворительности. При этом, в отсутствие налогообложения, безработные имели бы значительно больше шансов найти работу в выросшей экономике.

50

Налоги диспропорциональны реальным благам, производимым государством. В средней стране, человек работает на государство, учитывая все налоги, четыре дня в неделю (три дня для низкооплачиваемых работников). Только по пятницам он работает на себя. Кстати, при крепостном строе крестьянин работал на барина (который олицетворял для него государство) два дня в неделю. Прочие налоги были сравнительно незначительны. Многие ли граждане, если им предоставить право действительно свободного выбора, откажутся работать на государство четыре дня в неделю, ради эфемерного объема получаемых взамен благ?

 

Мораль

51

Государство не защищает мораль. Мораль индивидуальна. Государство пропагандирует выгодные ему ценности.

52

Оно (через церковь) запрещало проституцию, когда внедрялись выгодные лицензии на брак, и поощряло проституцию, когда население уменьшилось после Великой Чумы. В Англии церковь владела борделями. В США государство получает огромный налоговый доход от декларируемо вредных сигарет. В России государство владело трактирами. В Украине государство монополизировало производство спирта.

53

Мораль мало изменяется даже на протяжении больших отрезков времени. Пропагандируемые государством нормы изменяются постоянно, в соответствии с экономическими и политическими интересами государства. В ранг морали возводятся интересы государства.

54

Для удовлетворения государственных интересов, насаждались религии и менялись догмы. Государство установило двойной стандарт морали.

55

В государственных интересах нарушались заповеди. Убить в интересах своей семьи - нельзя. В интересах государства - почетно. Робин Гуд, грабивший богатых якобы для раздачи бедным - грабитель. Налоговый инспектор - государственный служащий. Фальшивомонетчик, чеканящий монету - преступник, глава центрального банка, осуществляющий эмиссию - финансист. До чего можно дойти, оправдывая преступления интересами общества.

 

Необоснованное ограничение прав

56

Государство захватывает все новые и новые сферы индивидуума. Оно принуждает не курить, не употреблять спиртные напитки (пока еще налогами), не играть в азартные игры (прямыми запретами), не заниматься до определенного возраста сексом (уже под угрозой уголовного преследования). Разительно наступление государства на права молодых людей. Во многих странах до 21 года запрещено посещать ночные клубы. Но ведь еще 300 лет назад в 14 лет женились! Неужели государство предполагает такую деградацию ответственности у молодежи?

57

В очередной демонстрации абсурда, государство дошло до регулирования застройки и архитектуры. Но разве не прекрасны древние и средневековые города, выросшие в отсутствие такого контроля? Ведь совершенно понятно, что никто так не будет заботиться о качестве, о красоте, о гармоничности с ландшафтом, как владелец здания. Для него это – вопрос стоимости объекта, вопрос выгоды.

 

Функции государства

58

Традиционно, определяются три функции государства: забота об общественной безопасности, здоровье и морали. Как мы видим, сюда включено и социальное обеспечение (как форма поддержания здоровья), и армия (обеспечение безопасности), и прочие аспекты деятельности. Все это финансируется налогами.

59

Кстати, налоги не являются единственным возможным источником финансирования государства. Существуют страны, в которых нет налогов, но существуют государственная монополия или рента на природные ресурсы. Доход от монопольной продажи водки в Российской империи имел размер, превышающий многие налоги.

60

Мы уже видели, что забота о здоровье делится на два направления. Одно из них носит навязчиво рекламный характер. К нему относится вопрос парникового эффекта, и иные псевдонаучные экологические теории. Другим примером может быть сертификация продуктов питания, предполагающая население в качестве идиотов, которые не могут осуществить выбор между сертифицированными и более дешевыми несертифицированными продуктами.

61

Другое направление включает такие действия, как контроль качества питьевой воды, запрет отравляющих выбросов и т.п. Здесь мы имеем дело, фактически, с борьбой с насильственными преступлениями. Действительно, все эти действия объединяет одно: они несут прямую и явную угрозу человеческой жизни. Но ведь борьба с такими посягательствами относится к полицейской функции государства. Мы видим, что не существует отдельно взятой функции охраны здоровья общества. Часть этой функции является вымышленной, а часть - искусственно раздутым сектором полицейской функции.

62

Ранее мы показали смехотворность претензий государства на защиту общественной морали и нравственности. Естественные нормы морали потому и естественны, что они коренятся в самой природе человека, к ним не нужно принуждать. Аморальность можно ограничивать там, где она угрожает жизни человека, то есть, там, где это связано с исполнением полицейской функции. Насаждать мораль административными методами принципиально невозможно. Подобная искусственно вжитая мораль недолговечна. Она существует постольку, поскольку существует страх перед государственным наказанием или общественным порицанием, независимо от того, понимает ли это сам субъект. Проще говоря, абсолютное большинство людей, очутившись в небольшой компании на необитаемом острове, не начнет убивать. Но то же большинство людей, скорее всего, предпочтет ходить голыми, просто потому что это удобней, и не платить налоги, просто потому, что за это их никто не накажет.

63

Напротив, влияние государства на мораль разрушающе. Государство не только насаждает свои интересы в качестве морали, что создает у людей путаницу в ценностях и отсутствие моральных ориентиров. Например, запрет убийства и патриотизм государство ставит одинаково высоко. Но большинство людей - не патриоты. Для них собственная жизнь, интересы семьи неизмеримо выше проблем государства (не следует в данном контексте вспоминать Вторую Мировую войну. Целью захватчиков тогда было уничтожение населения, а не собственно установление контроля над территорией. Поэтому, со стороны населения, речь шла совсем не о патриотизме, а о защите жизни своей и своих близких, близких того или иного рода). Но, неуплата налогов противоречит патриотизму. Люди ощущают себя нарушившими нормы морали. А если можно нарушить одну норму морали, и не чувствовать себя виновным, то почему нельзя нарушить и другую норму, и убить? Создавая искусственные нормы морали, которые разумный человек естественно нарушает в процессе жизнедеятельности, государство создает у людей иллюзию необязательности норм морали вообще. Возводя свои интересы в ранг морали, государство размывает естественную мораль, уничтожает естественные моральные ценности.

64

Естественные нормы морали коренятся глубоко в человеческой природе. Но человек склонен трансформировать подсознательное в сознательное. Нормы морали подвергаются сознательному анализу. Человек видит, что некоторые из них постоянно нарушаются, без заметных социальных последствий. Едва ли многие понимают, что нарушаемые нормы только искусственно названы моралью, но на самом деле ею не являются. Отсюда делается неверный вывод о том, что и остальными нормами можно пренебречь.

65

Государство уничтожает фундаментальную добродетель человека - ответственность. Мы уже писали о том, как система социального обеспечения уничтожила благотворительность. Люди просто перестали чувствовать ответственность за положение других людей. Эту ответственность взяло на себя государство.

66

Создав институт брака, государство сформировало механизм, искусственно декларирующий прочность семьи. Отношения считаются прочными, потому что они признаны авторитетом государства. Это избавляет, психологически, от личной ответственности за отношения в семье, от ежедневного, кропотливого формирования отношений. Интересно обратить внимание на то, что изначально развод был практически невозможен. Вот оно ! Уплати пошлину, зарегистрируй свои отношения - и дальше тебе заботиться не о чем. Государство гарантирует неизменность status quo. Разрешение разводов значительно снизило ценность услуги государства. Реально, возможность развода, особенно легкого развода с 19-го века, лишила смысла институт брака. Государство признало, что не может гарантировать стабильность семьи, вернув человеку естественную ответственность. Проблема в том, что за две тысячи лет существования института брака люди отвыкли от личной ответственности в семейной жизни, и не готовы принять эту ответственность. Поэтому число разводов растет с увеличением легкости развода (система социального обеспечения внесла в эту легкость свою лепту, лишив брак смысла социальной гарантии. Впрочем, такое совпадение нельзя не приветствовать, поскольку чувства, связывающие брак, таким образом очищаются от тривиальной экономической целесообразности). Брак возник до образования государства. Его истоки коренятся с социальной зависимости и отношениях собственности (наследование). Будучи огосударствленным, брак изменил свое назначение как удобный способ регулирования социальных и имущественных отношений, и стал самодостаточным. Из средства брак превратился в цель. Ставший самодостаточной ценностью институт брака был использован государством как механизм взимания ренты за передачу ответственности. Это не исключает и более прямолинейных способов извлечения дохода из института брака, как конфискация собственности в отсутствие наследников, которых государство сочтет законными, доходов от оформления брака и наследства и т.д. Государству удалось создать на базе института брака моральную ценность, искусственность которой многим еще предстоит разглядеть. Контроль за такой ценностью значительно упрочил, в свою очередь, позиции государства.

67

Государство ставит вопрос просто: дай мне денег, а я возьму на себя часть твоей ответственности в разных областях. Проблема в том, что эта сделка из добровольной превращается в обязательную, а затем - в принудительную. Со временем, государство начинает ощущать себя самодостаточным, и требовать денег просто потому, что они ему положены. Оказываемые услуги по принятию ответственности преподносятся как заслуга государства, не как его контрактная обязанность. Затраты на содержание государства начинают неимоверно превышать стоимость оказываемых им услуг. Качество услуг зачастую оказывается весьма низким, ниже, чем когда они исполнялись непосредственно обществом. Если и появляется некоторое улучшение, то оно оплачивается многократно по сравнению с его реальной стоимостью.

68

В условиях снижения интенсивности труда, увеличения свободного времени, перераспределение ответственности от государства к гражданам вернет им утрачиваемый смысл жизни. Бывшие бюрократы будут задействованы в экономике, что увеличит их зарплату и спрос. Рост эффективности превысит рост спроса (функции ответственности исполняются гражданами зачастую во внерабочее время, принятие этих функций не снизит заметно производительности субъектов экономики. Бюрократы ранее занимались непроизводительным трудом, поэтому рост эффективности составит примерно 100% их производительности. Зарплата же бюрократов, и спрос, при их переходе в производство, вырастет, обычно, в пределах 50%). Переход бюрократов в экономику увеличит перепроизводство и незанятость - но каждый человек получит определенный, неотделимый от него набор функций, связанных с исполнением полученной им ответственности, ранее узурпированной государством. Перераспределение ответственности является выходом в эпоху снижения занятости населения, и утраты им в силу этого привычных целей и ориентиров.

69

Есть и другая сторона проблемы. Ответственность является частью природы человека. Изъятие ответственности, потеря моральных ориентиров ведут ко внутреннему разладу. Неслучайно вопрос о смысле жизни получил массовый характер именно в эпоху невиданного усиления государства. Человек просто стал ощущать себя ненужным в этой машине. Кто этот человек, без ценностей и ответственности? Просто механизм производства прибавочной стоимости и уплаты налогов, на которые государство выполняет те функции, которые человек привык не отделять от своей личности. Экзистенциальный вакуум, утрата смысла жизни коренится не столько в снижении интенсивности труда (которое сегодня, в общем-то, еще не так велико), сколько в узурпации государством значительной части основной составляющей привычного смысла жизни - ответственности.

70

Государство заявляет, что оно культивирует моральные ценности. Настоящие ценности не формируемы. Они спонтанны, как, например, чувства между людьми. Самый закоренелый преступник способен внезапно испытать некоторые чувства, независимо от чьего-либо влияния. Невозможно представить себе моральную ценность, которой можно обучить, котрую можно воспитать. Государство не может ни создавать моральные ценности, ни обеспечивать их принятие.

71

Обучение, формирование - постепенный, количественный процесс. Мораль - единственное явление, в котором количество не переходит в качество (не есть ли это характерный признак морали - ее следствие, не критерий?) Невозможно чуть-чуть убить, чуть-чуть украсть - и не преступить черту. Мораль - не количественное, исключительно качественное понятие. Она или есть, или ее нет. Участие государство в ее формировании иллюзорно.

72

В Библии сформулирован несомненный и наиболее общий критерий морали: “Не делай другому то, что ты не хотел бы, чтобы делали тебе”. Искусственные нормы морали: патриотизм, проституция этого теста не проходят. Государственные интересы, как патриотизм, вообще нерекурсивны: отсутствие патриотизма может относиться только к к человеку, но не к государству. Невозможно сформулировать ситуацию, в которой государство испытывает патриотизм (то есть, забывает о своих интересах во имя интересов субъекта) по отношению к человеку. Искусственные нормы морали, насаждаемые государством, не описываются критерием морали вообще.

73

Мы показали несостоятельность претензий государства на охрану общественного здоровья и морали. Рассмотрим полицейскую функцию.

74

Как мы уже обсуждали, в огромных, в десятки и сотни тысяч документов, сводах законов, преступления против личности занимают незначительную часть. Собственно, их и не может быть много. В конце концов, сколькими способами можно убить человека? Большинство поступков, которые государство объявило преступлениями, посягает именно на устои государства. Верхом цинизма выглядит объявление преступлением призывов к изменению целостности государства. Ведь разделение государства на несколько никак не нарушает прав жителей отделяющихся территорий (естественно, если отделение было произведено с их согласия). Государство бесцеремонно влезает в те вопросы, которые касаются исключительно субъекта. Какими общественными интересами можно объяснить уголовное преследование (во многих странах) людей, больных наркоманией? Почему государство запрещает проституцию, вмешиваясь вопрос, который касается исключительно самих тружениц и их клиентов? Широкое распространение проституции в нелегальном состоянии дает основания полагать, что значительные массы населения будут прибегать к услугам этой индустрии при ее легализации. Настолько значительная часть общества не может быть объявлена антисоциальным элементом. Здесь мы видим пример, когда государство, преследуя свои интересы (поддержания ценности предлагаемого им института брака), действует вопреки интересам общества.

75

Регулирование человеческой деятельности сократится в сотни раз, если мы оставим его только в отношении преступлений против личности. Под таковыми мы понимаем преступления против жизни и собственности, являющимися наиболее фундаментальными правами человека. В более общем виде, жизнь человека является его собственностью, и мы можем говорить, максимально полно, о преступлениях против собственности. Соответственно, сократится и размер репрессивного аппарата. Но принуждение некоторых членов в интересах всего общества неизбежно. Должно ли оно порождать государство?

76

Программа-минимум - небольшие силы полиции, предотвращающие насильственные преступления. Программа-максимум - а почему эти силы не могут быть коммерческими?

77

То есть, конечно, платит за них все общество (или, более справедливо, каждая территориальная община). Но это частные структуры, которые получают некоторую оплату через общественного казначея после решения суда. Если они сами совершат преступление, выискивая преступника - их ждет тот же суд. Если они ошиблись и задержали невиновного, они возмещают ущерб в гражданском порядке. Кстати, примеры существуют - в частности, коммеречские службы поимки преступников в США (bounty hunters). Да, это несколько более сложная система, чем государственная полиция - но и более эффективная. Она более сложная потому, что является саморегулирующейся, основанной на свободном волеизъявлении и предлринимательстве граждан. Конкуренция не является идеальной системой, она ведет к дублированию затрат и потере ресурсов. Но это единственная известная эффективная система. По крайней мере, она гораздо дешевле подверженной лоббированию, саморазростающейся системы государственного обеспечения функций.

78

Здесь мы приходим к чрезвычайно важному вопросу. Если все функции государства, включая полицейскую, могут быть коммерциализированы, то существуют ли вообще необходимые общественные институты? Общественные - да, государственные - нет.

79

Мы только постепенно начинаем понимать, что Библия - это не книга о прошлом. Государство прямо указано, как ненужный, более того, вредный и омерзительный институт. Общество нуждается в судьях.

80

Единственная причина необходимости общественных институтов - конфликты между интересами членов общества. Суд - естественное средство их разрешения. Все остальное вспомогательно, без оснований для возведения в ранг общественного. Даже если все другие системы общества будут частными, включая полицию, охрану здоровья, сертификацию и прочее, суд достаточен для разрешения любых возможных конфликтов между ними. Суд может выполнять и функцию казначея, распределяя между частными институтами, как полиция, плату за охрану общественных интересов.

81

Объем реальных общественных интересов настолько мал, что проблема финансирования не стоит. Финансирование может осуществляться через концессии, как плата за загрязнение окружающей среды (делегируемая обществом суду, взимаемая согласно определяемым им ставкам, и взыскиваемая, при необходимости, частной полицией), или через штрафы, накладываемые на признанных судом виновными. Последнее явилось бы весьма справедливой системой, потому что сама необходимость существования оплачиваемых обществом институтов порождена наличием виновных.

82

Нет необходимости и в комплексной многоуровневой судебной системе. Она явно не приводит, в среднем, к увеличению правомерности решений. Один судья, с точки зрения вероятности, имеет примерно такие же шансы прийти к верному решению, как и вся система кассации и надзора.

83

Если же комплексная система и обеспечивает несколько лучшее принятие решений, мы должны не забывать о том, что все имеет свою цену. Именно из-за этой цены в современных государствах есть 3-4 уровня кассации, а не 20. Аналогично, простая система частной полиции, возможно, раскроет и не все преступления (хотя вряд ли меньше 90% преступлений носят простой характер и могут быть сравнительно легко раскрыты). Но стоимость раскрытия незначительного оставшегося числа преступлений резко превысит социальную значимость их раскрытия. Кстати, поскольку спрос создает предложение, можно не сомневаться, что появятся и полицейские подразделения, специализирующиеся на сложных преступлениях - если мы дадим суду возможность устанавливать повышенное вознаграждение за их раскрытие.

84

Существуют необходимые аспекты деятельности государства. Но оно стремится стать самодостаточным, подчинить себе общество. Государство берет под свой контроль все новые и новые сферы человеческой деятельности - те сферы, в которых его участие не только не необходимо, но и вредно, и даже наносит ущерб морали общества (можно ли предположить, что адаптация к любому насилию разрушает мораль?)

85

Как любая структура, не испытывающая ограничений (как влияние конкуренции), государство растет в пропорции, напоминающей геометрическую. Такой рост объясняется стремлением бюрократа к власти. Власть в пирамиде может быть получена только путем перемещения вверх. Для того чтобы широкие нижние слои пирамиды перемещались вверх, на смену им должны прийти еще более широкие слои. Основание пирамиды все время растет, и увеличивается ее объем - количество бюрократов в государстве. Такая модель показывает, что чем больше государство, тем быстрее оно растет. Наш тезис полностью согласуется с тем взрывообразным ростом государства, который наблюдался в конце 19-го-20м веке. Чем большим вырастает государство, тем меньше оно может найти минимально эффективных отраслей для применения собственных ресурсов. Расходование государственных средств становится все более и более бессмысленным, от судов мы дошли до контроля окраски фасадов. Государство давно перестало служить своей изначальной цели разрешения общественных конфликтов. Оно превратилось с бесконтрольно разрастающегося монстра, высасывающего ресурсы из экономики.

86

В этом разрастании кроется и гибель государства. Бюрократическая пирамида не может не расти. Она росла во все времена. Это ее естественное свойство. Рост пирамиды есть следствие бюрократа к большей власти. Стремление к административной власти есть следствие осознания бюрократом того факта, что его зарплата мала по сравнению с контролируемым им объемом экономики. Большая власть означает больший контроль над лругими людьми. Таким образом бюрократ удовлетворяет естественные стремления человека. Никому не удавалось надолго ограничивать рост бюрократической пирамиды. Но уже наступил предел - государство не может дальше увеличивать налогообложение. Оно делало это на протяжении тысячелетий, и наступил предел. Производства перемещаются в страны с более низкими налогами. Налоговое государство не может более свободно насыщать свой аппетит. Рост бюрократической пирамиды не может более финансироваться. А ограничение роста пирамиды, при ее внутреннем стремлении к росту, означает ее крах.

87

Мы должны удерживать государство в рамках необходимого. Ограничить численность государственного аппарата, государственных служащих. Ограничить финансирование. И, главное, воспринимать государство как неизбежное, минимальное зло, не как дар цивилизации. Государство есть наша плата за неумение создать идеальную цивилизацию.

88

Если же мы решим всерьез отнестись к упразднению государства вообще, нас может подтолкнуть еще один довод. Ликвидация типичного государства увеличивает ВВП (валовой внутренний продукт, показатель величины экономики) не менее чем вдвое. А при наличии государства, сколько нужно трудиться, чтобы увеличить благосостояние каждого человека вдвое?

 
Designed studio Alexandr Ozverinoff
Последнее обновление сайта: